Эти присушки были позиционированы как сибирские старообрядческие для поддела после больших, серьезных обрядов. «Приподавая мое питье, лечу я раба (имя МЧ). Умоюсь я утренней водой, Утрусь я преисподнею. Выйду я , раба , из дверей в двери, Из ворот в ворота. Встану я на сырую земелюшку, Посмотрю я на восточную сторонушку. Как красное солнышко вознесло махи богатни, Так бы и раб прислал бы и прибегал бы к рабе. Спать бы — не засыпать, Гулять бы — не загулять. Пил бы и не запил бы, Ел бы и не заел бы, - Все думал обо мне, рабе Аминь моему слову.» Читать надо, держа в руке чашку с водой и полотенце. Во время проговаривания — умываться и утираться, но так, чтобы примерно половина воды после всех манипуляций в чашке оставалась. Во время чтения ходим, перешагивая через порог. Читать в полдень, когда солнце светит в окно. (Обратите внимание на логику текста, на его первую фразу — мы присушкой мужчину ЛЕЧИМ.) Вторую половину воды подлить МЧ, а полотенце желательно дать потом ему утереться. "Мы научились летать в воздухе, как птицы, плавать в воде, как рыбы, теперь нам осталось научиться только жить, как люди".
Вторая присушка — больше как скорое слово, 3 раза наговариваем прямо на питье.«Едет баба из Москвы, Везет сорок три тоски рабу В голову, в мозги, В ум, в глаза, в нос, В руки, в рот, в ноги, На ретивое сердце. На черную кровь, На красную печень. Кости трещат, жилы мозжат у раба Аминь.» "Мы научились летать в воздухе, как птицы, плавать в воде, как рыбы, теперь нам осталось научиться только жить, как люди".
