Эзотерический сайт Багиры
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lexxx, Багира, Властелин  
Форум » Практическая магия » Карты Таро » Дурак Таро
Дурак Таро
БагираДата: Пятница, 01.11.2019, 11:55 | Сообщение # 1
Архимагистр
Группа: Администраторы
Сообщений: 86083
Репутация: 87
Статус: Offline
Дурак Таро не тот, каким кажется. В Таро его клоунская маска скрывает лик просвещенного, который, в каббалистических
терминах, пересек Бездну и стал Магом. В Люциферианском Ремесле Дурак
или Трикстер является аспектом воплощенного на Земле Бога в своей роли
наставника и учителя.

«За ошибкой безумия кроется истина, прокладывающая себе путь».
«Впадая в безумие, человек впадает в свою истину».

Архетип Трикстера пришел в культурологию из работ Карла Густава Юнга, который, в
свою очередь заимствовал этот образ у П. Радина. Трикстеру свойственна
«любовь к коварным розыгрышам и злым выходкам, способность изменять
облик, двойственная природа – наполовину животная, наполовину
божественная, подверженность всякого рода мучениям..»
Трикстер (Плут, Озорник, Трюкач) – скорее, имя нарицательное, объединяющее
множество персонажей фольклора, литературы, да и культуры в целом. Но
зарождается образ Трикстера в ранних мифологиях, и это не случайно: по
Юнгу, именно мифология являет собой первую попытку культурной отработки
архетипов. «Трикстер – древнейшая фигура мифологии американских
индейцев, а возможно, всех мифологий,» – отмечает П.Радин.
Архетип Трикстера попадает в миф из потаенных слоев человеческой психики и
постепенно расширяет свои функции: психологема, соответствующая
нерасчлененности человеческой души, совмещающая сознательное и
бессознательное, трансформируется в начало всей и всякой инновативности.
Ибо основная функция Трикстера – быть той точкой совмещения
несовместимого, которая порождает новое. Причем, происходит это за счет
конфликтности, являющейся сердцевиной самого этого существа. Во всех
своих образах-проявлениях Трикстер утрированно внутренне конфликтен.
Антиподом умного, как и дурака, по Лотману, является именно сумасшедший. Ибо его
качества – рисковость, непредсказумость, нахождение принципиально новых
путей – противостоят как хитрости и изобретательности «умного», так и
лобовому поведению «дурака». Однако, возникает вопрос: возможно ли,
чтобы ум «умного» и глупость «дурака» (Ивана-дурака, солдата Швейка и
многих других «дураков-простаков» фольклора и профессиональной культуры,
неожиданно оказывающимися умнее «умников»), сходились в некой общей
точке? Думается, да. Назовем эту условную точку «точкой безумия» (или
«точкой Трикстера»). Ведь парадоксальность поведения, понимаемая нами,
как и Лотманом, в качестве залога инновативности, не является величиной
постоянной (и в этом качестве противостоящей «уму» или «дурости»).
Скорее, парадоксальность поведения –переменная: потому представляется
возможным говорить о ней не как о крайнем члене оппозиции, а как именно о
точке медиации, сводящей воедино «ум» и «дурость». Трикстером может
стать и умный, и дурак – в случае «отказа» от привычных моделей «ума»
или «дурости».


до конца ноября беру только алкоголиков в работу(дорого!)
писать на е-мейл
bagiramagic@bk.ru
только по заказу работы.
 
БагираДата: Пятница, 01.11.2019, 11:56 | Сообщение # 2
Архимагистр
Группа: Администраторы
Сообщений: 86083
Репутация: 87
Статус: Offline
Практически все оппозиции культуры – как архаической, так и культуры последующих периодов – разрешимы именно с помощью
Трикстера –существа, создающего «взрыв». Так, еще К.Леви-Стросс писал о
том, что трикстеры (Ворон, Койот) обладают своего рода
маргинально-медиаторным характером: питаясь падалью, они оcуществляют
медиацию между жизнью и смертью.
Трикстер – узаконенная мифом дисгармоничность, указующая на прореху в Космосе, причем, понимаемом в
обоих смыслах этого слова – в Космосе как в универсуме и в «космосе» как
в упорядоченном целом культуры. Вспомним идею А.Тойнби о том, что
первый Вызов, запускающий в движение мир, – козни Дьявола (Трикстера),
которыми тот указывает Богу на недостатки его творения.
Продуктивность дисгармоничности – не только в указании на недостаточность гармонии.
Дисгармония указывает и на резерв возможностей: в Вызове кроется
возможность Ответа. Средства и сам механизм Ответа ищутся и находятся «в
недозволенном», в том, что выходит за рамки культуры – в «не-культуре»,
в неструктурном целом – в Хаосе. Словом, там, где все средства хороши,
потому что правил там нет. Именно противоречивое взаимодополнение
Космоса и Хаоса задает мирозданию нестабильность, которая и задает
динамику развития.
С представлением о Хаосе как об источнике витальности неразрывно связано мифологическое отношение к нему как к
порождающему началу. Еще греки утверждали его связь с Эросом: так, в
«Птицах» Аристофана Хаос есть одна из первопотенций. Недаром и самих
птиц как метафорическое выражение «жизненного мира» Эрос рождает именно
от Хаоса. Одновременно Хаос – гибель. Все начала и все концы заключены в
нем. В Хаосе эмбрионально содержится все – все же в нем и погибает.
Хаос – идея беспрестанного рождения – и
первобытно-жестоко-нерефлективного уничтожения того, что он породил. Это
водоворот (не случайно греками Хаос зачастую понимался как «вода»,
«влага») – водоворот постоянных изменений, которые никогда не
утверждаются. Ведь для утверждения и стабилизации необходим Космос.
Собственно говоря, идея Хаоса – идея проб и отбрасывания вариантов.
Потому-то одним из олицетворений Хаоса является двуликий Янус, по
Овидию, символизирующий творчество как разнонаправленность,
«нелинейность».
Случайно ли трикстер Гермес является проводником душ в потустороннюю реальность? Но зачем Трикстеру «выламываться»,
вырываться из упокоенности культуры в жерло Хаоса? Представляется, что
основание для такого геройства – заведомая недостаточность Космоса. Ибо
там, где есть порядок и структура, неминуемы «рвы», «провалы»,
«пропасти».
Косвенными свидетельствами того, что именно Трикстер «ходит» в Хаос, являются некоторые его характеристики. В первую очередь,
это его междумирность: для Трикстера разверзается граница между
потусторонним и «посюсторонним», замкнутая для обычных смертных. Кроме
того, Трикстер обладает чертой, которую Юнг называл подверженностью
всякого рода мучениям. Мы бы назвали ее «готовностью к жертвованию».
Так, затеяв перебранку с асами, Локи знает, что его ожидает наказание. И
оно не замедливает себя ждать: и вот связанный кишками сына, Локи
изнемогает под каплями яда, который сочится из разверстой пасти змеи.
Трикстер всегда знает о возможности «полной гибели всерьез»
(Б.Пастернак). И, тем не менее, всегда идет на риск. Можно провести
параллель с более почтенными мифологическими персонажами – Тиамат,
древнеиндийским Пурушей и мн. др. первоначальными жертвами, посредством
тел которых из Хаоса был порожден мир. Из страдающего тела Трикстера,
наказанного за нарушение космических законов, а следовательно – за
вторжение в «хаотическое» пространство, символически рождается «новое,
небывшее».


до конца ноября беру только алкоголиков в работу(дорого!)
писать на е-мейл
bagiramagic@bk.ru
только по заказу работы.
 
БагираДата: Пятница, 01.11.2019, 11:56 | Сообщение # 3
Архимагистр
Группа: Администраторы
Сообщений: 86083
Репутация: 87
Статус: Offline
Кому же, как не Трикстеру, осуществить «путешествие в Хаос»?
Как это происходит? Культурный герой отходит в тень и выставляет вместо
себя «теневого дублера» – «клоуна», «паршивую овцу» Трикстера, которого
не жаль отправить в Хаос (Случаен ли устойчивый сказочный мотив: «Пойди
туда, не знаю – куда»?). «Безумца»-Трикстера, который выполняет за него
всю черновую работу по созданию нового культурного смысла. «Через
безумие, – пишет М.Фуко, – правда выходит на свет… оно обладает
способностью обнажать реально существующую проблему, которая тем самым
может наконец получить подлинное разрешение».
Трикстер, вступающий в запретную зону Хаоса и извлекающий оттуда альтернативные возможности
для обустройства ослабевшего, уставшего Космоса, тем самым преодолевает
основную культурную дихотомию «Космос – Хаос». Думается, именно в этой
способности Трикстера кроется его умение преодолевать и все иные,
вытекающие из нее оппозиции культуры.
В абсолютной несерьезности Трикстера намечен посыл к идеалу. Может быть, отсюда и проистекает
комичность, несуразность Трикстера? Может быть, в этом и кроется причина
его промахов и ошибок? Ведь, пытаясь реализовать идеал, он занимается
невозможным! Тот минимум воплощенности идеального, который может
вписаться в рамки, установленные Культурным героем, постепенно
вживляется в целостность культуры, становясь нормой, правилом и порождая
очередной зазор между нормой и сверхнормативным, между правилом и
идеалом.
Норма (Культура в лице Культурного героя) – Трикстер (интенциональность) – Идеал.
Это парадоксальное на первый взгляд построение перестает казаться таковым,
если припомнить «реальных» трикстеров – шутов, дураков, юродивых,
безумцев. Не случайно М.Бахтин утверждал, что шуты и дураки – носители
особой жизненной формы, которая предполагает «возрождение и обновление
жизни на лучших началах». А что есть жизнь на лучших началах, как не
приближение к идеалу?
При этом трикстеры вовсе не требуют немедленного воцарения идеала на земле. Вернее сказать, они «разъедают»
не идеальную действительность изнутри, как делает это Локи, срамословя
богов. Отметим, при этом Локи «обнажается» и сам: он предстает и пред
асами, и пред читателями Старшей Эдды как развратник, трус, интриган и
убийца. Локи заголяется «морально», русский дурак и юродивый –
физически, но суть раздевания и в том, и в другом случае одна: я не
лучше вас, но при этом я – честен, вы – лживы. Я открыто признаю, что
мир и я как его часть несовершенны. Вы предпочитаете закрывать на это
глаза. Вы создаете видимость идеальности из данного в наличие
несовершенства. Я, Трикстер, отказываюсь это делать. Я – честен, я –
сама нагота. Не случайна традиция обнажения дурака, шута, юродивого,
свойственна как карнавальной культуре европейского средневековья, так и
смеховой культуре славянства.


до конца ноября беру только алкоголиков в работу(дорого!)
писать на е-мейл
bagiramagic@bk.ru
только по заказу работы.
 
БагираДата: Пятница, 01.11.2019, 11:57 | Сообщение # 4
Архимагистр
Группа: Администраторы
Сообщений: 86083
Репутация: 87
Статус: Offline
«Что такое древнерусский дурак? – пишет по этому поводу Д. Лихачев. – Это часто человек очень умный, но
делающий то, что не положено, нарушающий обычай, приличие, принятое
поведение, обнажающий себя и мир от всех церемониальных форм,
показывающий свою наготу и наготу мира, – разоблачитель и
разоблачающийся одновременно, нарушитель знаковой системы, человек,
ошибочно ею пользующийся». Дурость – тоже своего рода обнажение,
освобождение от нормы, правила, господства идеологемы. В этом смысле
нагота тождественна незапятнанности «общим правилом», первозданной
чистоте.
Отметим еще один аспект наготы: она обладает значением сиротства, одиночества в мире. Дурак, юродивый, безумец – словом,
Трикстер – заведомая «белая ворона», маргинал, одиночка. Причина этого
очевидна: Трикстер, бросивший вызов «правильному», «разумному»
мироустройству, неизбежно остается один. Трикстер – это образ асолютной
Инаковости, кардинально Другого, даже – Чужого.
И наконец, третий аспект наготы, на который указывает А.Панченко: будучи символом открытой
души, одновременно она является и бесовским началом. Не случайно в
средневековом гротеске дьявол всегда наг. В этом контексте не случайна
нагота булгаковской Маргариты, обратившейся ведьмой
(женщиной-Трикстером). Лишь когда «праздничная полночь», продленная
Воландом, подходит к концу, он накидывает на Маргариту черный плащ.
Шокирующая нагота – лишь одно из символических проявлений Инаковости Трикстера.
Другое ее выражение – оборотничество, связанное с «оборачиванием» –
«выворачивание наизнанку» (Д.Лихачев), «переворачивание верха и низа»
(М.Бахтин). За скоморошьим обычаем надевать тулуп мехом наружу и
шутовскими трансформациями лица и зада (например, в хождении «колесом»)
кроется не только нарушение обычая, «устава», не только прикосновение к
миру непонятного, а значит – к миру Хаоса. Это своего рода рискованный
публичный эксперимент – попытка побыть Другим, «Обратным» в мире
не-Инаковости и приглашение в новый, «граничный» мир окружающих. Это
постепенное приобщение индивида и социума к мысли о том, что, несмотря
на наготу, бедность, странность, неуместность, опасность, Другое
содержит, по крайней мере, мудрость несходства – то, что М.Фуко назвал
«истиной безумия».


до конца ноября беру только алкоголиков в работу(дорого!)
писать на е-мейл
bagiramagic@bk.ru
только по заказу работы.
 
БагираДата: Пятница, 01.11.2019, 11:57 | Сообщение # 5
Архимагистр
Группа: Администраторы
Сообщений: 86083
Репутация: 87
Статус: Offline
В ХХ в. об этом заговорят как о «вчувствовании» (В.Дильтей), «эмпатии» (К.Роджерс), «диалоге» (М.Бахтин, В.Библер,
М.Бубер, Э.Левинас). Побыть Другим, постоять «на границе», выйти за
пределы себя, т.е. трансцендировать. Но трансцендирование – не только
аппелляция к Божеству или к «царству идей». Платоновские эйдосы,
накладывающие отпечаток на вещи и явления мира, дают ощущение
закономерности возникновения нового и предопределенности форм этого
нового. Трансцендирование как стремление вовне не может не рваться и к
Хаосу, к бесформенности, откуда можно черпать несозданное,
несоизмеримое, чего не может быть ни в каком первообразе. Ибо
трансцендирование, по образному выражению М.Мамардашвили, не что иное,
как кружение вокруг невозможного.
В самом этом «кружении» заложена процессуальность: ничто никогда не «есть» в качестве
«предопределенного», «конечного», все находится в постоянном становлении
– и мироздание, и человек, и культура как сугубо человеческий способ
бытия-в-мире. Это становление идет – в большой мере – через вхождение в
культуру неприемлемого, шокирующего. Более того, все «первоначальное»
воспринимается Культурным героем (т.е. сложившимся универсумом культуры)
как зловредный изъян, как проявление угрозы, как самозванство –
примерно так, как герой «Вакханок» Еврипида царь Пенфей воспринимает
Диониса. Принять как бога вот этого – пьяного, голого, разнузданного?
Нет, божество должно быть здравым, уравновешенным, совершенным. С тех
пор ошибку Пенфея, приведшую его к страшной гибели, неустанно повторяла
западная культура.

Следует особо отметить важный момент: лишь понимаемый в узко мифологическом плане Трикстер представляет
персонификацию беспрерывных проделок. «Реальные» трикстеры в своем
поведении, «выламывающемся» из всех культурных установлений, ситуативны.
Вспомним усталого после представления скомороха – Р.Быкова в «Андрее
Рублеве». Скоморох был скоморохом только при наличии зрителя. Шут после
карнавала снимал тряпичный колпак – и погружался в обыденность. Конечно,
это была не вполне та обыденность, что у его соседей по эпохе: ибо он,
пережив Хаос, привнес на площадь испытанный им ужас и побеждающий его
смех, но тем не менее, после карнавала шут становился «просто» человеком
среди людей. Незаменимость в ритуальном действе была присуща ему лишь
как персонажу карнавала. То же можно сказать по отношению к юродивому.
«Ночью юродивый – одиночка. Наедине с собой или с доверенным человеком
<…> он не безумен… На людях юродивый надевает личину безумия,
«глумится», как скоморох, «шалует». Всякое людное место становится для
него сценической площадкой». Да и «безумец» Фуко вовсе не обязательно
психически болен (в традиционном понимании этого слова). Скорее, локус
безумия – несовместимость с нормами социума и требованиями морали,
несоразмерность, которая присуща всем и может реализоваться в каждом.
Итак, «безумие безумца» тоже относительно. Почему мы придаем
«ситуативности» Трикстера особое значение?
Трикстер не является «существом Хаоса». Он – странник, медиатор, герменевтик. Нарушитель
границ, тем самым он – убедительное доказательство того, что границы
существуют. Трикстер – ниспровергатель прежних границ, пытающийся
создать новые. Усугубим это: Трикстер – «олицетворенная», но никогда не
«ставшая», всегда – лишь становящаяся (и в этом смысле нереальная)
граница между сложившимся Космосом культуры и Хаосом еще «невозможных
возможностей». Окончательная стабилизация Границы – дело Культурного
героя.
Прислушаться к Трикстеру, посмеяться с ним и над ним, задуматься – значит, постоять на границе допустимого-недопустимого,
прошлого-будущего, традиции-новации, ставшего-становящегося,
реальности-чуда. Не потому ли даже такая мощная и всеобъемлющая сила,
как церковь средневековья, не упраздняла трикстеров карнавала: напротив,
карнавальный цикл был назван христианскими терминами? Не случайно в
одной из средневековых притч рассказывается о жонглере, который не умел
иначе славить Богородицу, как только показывать фокусы пред ее образом. И
Богородица поняла искреннюю преданность фигляра и снизошла к нему. Эта
притча, кроме всего прочего (как то: чистосердечная любовь жонглера к
Богоматери, взаимность в отношениях Божества и человека, неразрывность
сакрального и профанного) подчеркивает необходимость несерьезного для
сверхсерьезного. Необходимость и продуктивность самой границы между
ними, которая иногда преодолевается Чудом.

Ю.В. Чернявская, Трикстер, или Путешествие в Хаос.


до конца ноября беру только алкоголиков в работу(дорого!)
писать на е-мейл
bagiramagic@bk.ru
только по заказу работы.
 
Форум » Практическая магия » Карты Таро » Дурак Таро
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:


Яндекс.Метрика